fbpx

Пять костюмов и "красная" зона. Врач — о тестировании защитной экипировки в пандемию

Врач–кибернетик Антон Просвирнин занимается ультразвуковой диагностикой и исследованием ее методов в НМИЦ кардиологии Минздрава России. В апреле кардиоцентр был перепрофилирован для приема больных с коронавирусом, а Антон стал испытателем и тренером по средствам индивидуальной защиты. Из новичка в тестировании противочумных костюмов и респираторов он стал профи, и теперь может часами говорить о том, какая экипировка лучше и как работают фильтры.

В ожидании ковидного шторма

"Мы следили за тем, что происходит в мире, и ждали, когда и наша страна вступит в эту борьбу, — вспоминает Антон. — Когда пришла пандемия, перестраиваться пришлось в авральном режиме. Медсестрам и врачам, которые десятилетиями работали с кардиологическими пациентами, нужно было стать инфекционистами, и я не скажу, что это было просто. Да, все медики изучали такие болезни в мединституте или училище, но у многих это было десять, а то и 30 лет назад. Когда мы столкнулись с ковидом, старых знаний было недостаточно, а новой информации поступало хотя и много, но часто противоречивой. Нам предстояло во всем разобраться".

Когда пришел COVID-19, Просвирнину выпало готовить персонал к работе в "красной" зоне.

"Информация в отношении безопасности СИЗ менялась ежедневно, из-за этого чувство неопределенности словно усиливалось, — рассказывает он. — Уровень психоэмоционального напряжения в коллективе рос. Это как чайник, готовый закипеть. И здесь основное, что работает, — это факты. Я должен был достать их и дать коллегам максимум знаний, найти логику и объяснить, почему нужно делать именно это и именно так".

На подготовку, сбор и анализ данных ушло пять дней.

"Было известно, что нужен респиратор, очки и костюм. Все. Мало кто разбирался, какие именно, — говорит Антон. — Только самые въедливые изучали свойства тканей, принцип работы фильтров. Выяснилось, например, что многие имеющиеся на рынке респираторы раньше не тестировались в медицинских целях. Они все были технические, проверены в работе с газами и аэрозолями, это к вирусу имеет отдаленное отношение. Другой вопрос — в тех условиях нужно было обеспечить максимальную защиту из тех СИЗ, что есть, тем более что 100-процентной гарантии ничто не дает, кроме специальных противогазов. Но, вы понимаете, ковид это своего рода война и вызов, конечно, но не до такой степени…"

На вторую неделю тренеры начали занятия с сотрудниками центра — это более 400 человек, которые отправились в "красную" зону. Они обучались всерьез, приходили по второму и третьему кругу, если что-то было непонятно, и сами давали обратную связь — рассказывали, как костюмы показывают себя при работе в отделении, реанимации, какие есть дефекты.

Наука пандемии

На один из первых тренингов в центре пригласили врача с опытом работы в ковидном госпитале. Он рассказал, как надевать и снимать противочумную экипировку, и продемонстрировал образец костюма — белый тайвек из влагозащитной, но дышащей ткани.

"Первые дни были самыми важными, — не скрывает Антон. — Я изучал не только опыт наших коллег, но и зарубежных. Китайцы выпускали много образовательных видео, они вообще рекордсмены — одевались в три слоя за минуту. Я смотрел и читал все, что было, и чем больше накапливалось информации, тем яснее становилось, что есть противоречия. Например, правильно носить бахилы под костюмом, но в некоторых больницах носили поверх и в этом была логика. Если у пациента тошнота и рвота, и она попала на врача, придется менять экипировку. Если бахилы снаружи, иногда достаточно поменять только их, например, если жидкость попала только на ноги. Потому при работе с тяжелыми пациентами использовались две пары, внутрь и наружу".

С респираторами и очками были проблемы посерьезнее. Их рекомендовано было надевать как можно плотнее, чтобы не проникал воздух. Скоро медики стали сообщать о повреждениях кожи лица от давления масок и очков.

"Некоторые носы не выдерживали, особенно — с тонкой кожей. Люди уходили на больничный. — А все почему? Потому что изначально мы сказали, как рекомендуют эпидемиологи: руки выше шеи не поднимать, маску не трогать, чтобы вирусные частицы не попали в область носогубного треугольника. Но оказалось, что можно: немного аккуратно поправлять очки и респиратор, вдоль кожи, чтобы не было некроза тканей, есть безопасная методика. А иначе можно потерять коллектив — у все уйдут на больничный из-за ран на носу".

Нашлись и другие альтернативы — в "зеленой" зоне, например, некоторые медики работали в респираторе и щитке. Удобными оказались и полнолицевые маски, они меньше запотевают и при этом равномерно прилегают по овалу лица.

"Когда ты надеваешь такую маску, область носа почти не испытывает давления, давит по периметру — на лоб, щеки и подбородок, — объясняет Антон. — Воздух циркулирует: есть клапан на выдох, и два — на вдох. Другое дело, что ты находишься как в бункере, тебя не слышно, сплошное бу-бу-бу, и, чтобы общаться с пациентами, надо все время говорить громко, и это весьма неудобно. Мы, тренеры, надели эти новые маски и пошли в них в "красную" зону опробовать. В итоге все хирурги у нас стали ходить в таких масках. Так каждый этап тестируешь на себе, люди видят — ничего страшного не произошло, и идут за тобой".

Заразиться ковидом через неповрежденные кожные покровы невозможно, например, если на них попала кровь или слюна пациента. Вирус перемещается с потоками воздуха, поэтому нужно было объяснить коллегам, что запаковывать себя полностью герметично — не главная задача, важно правильно двигаться и защитить носогубный треугольник и глаза — основные пути проникновения вируса в организм.

"Очень расстраивало, когда я читал статьи, где медики жаловались, что им выдали экипировку из sms-ткани, — вспоминает Антон. — Попробую объяснить на примере одноразовой маски, их делают из подобного материала. Маска пропускает воздух и влагу, ее синтетические волокна имеют электростатическое напряжение, и вирусная частица при попадании либо застревает в них, либо отталкивается, получается барьер".

Всего за первые две недели Антону удалось испытать на себе более пяти видов разных костюмов: российского, китайского, корейского, турецкого и европейского производств. Сначала в центр завезли белые влагозащищенные костюмы, за ними — темно-синие из sms-материала .

"И те и другие предохраняют от твердых частиц, но имеют хорошую воздухопроницаемость. Большинство — это защитные костюмы широкого спектра, для разных задач, в том числе для строительных работ. Наверное, поэтому, узнав техническиий состав и места использования, коллеги сначала недооценили синие костюмы".

Когда пришла партия белых костюмов, синие отложили на случай острой нехватки средств защиты. Но скоро многие сотрудники на местах с невысоким риском заражения стали использовать "дышащие" костюмы, поскольку наступила жара, а вентиляция в отделениях была отключена в соответствии с требованиями. На старте медикам предлагали провести тест на прочность: поднять руки вверх, развести в стороны, сложить, присесть. Если костюм рвался, его сразу меняли, но такое было нечасто, признается Просвирнин.

В словах врача Чазовского кардиоцентра часто проскальзывают формулировки военного времени — с ним он сравнивает ковидную весну и лето. Но подвигом Просвирнин называет работу коллег, а свою воспринимает как привычный для спортсмена забег — с сильным волнением на старте и максимальной скоростью и выдержкой на дистанции.

"Коллеги и друзья рассказывали, что первая ковидная смена — это как нырнуть в ледяную воду или выйти в открытый космос. Нервы на пределе — так было у всех. А для меня будто ничего сильно не поменялось. Я был в "красной" зоне до того, как приехали пациенты, когда привезли первых, и потом в течение еще двух месяцев. Все это время я жил на территории центра: работал в шлюзе, потом на тренинги, потом снова шлюз и "красная" зона. Передвигался между корпусами на велосипеде — в это время и отдыхал. Только в одном месте было сложно физически — когда работал в раздевалке для выходящих из "красной" зоны. Это такая дезинфицирующая парилка, где постоянно включен ультрафиолет. Туда брали только самых выносливых мужчин и женщин, остальные долго не выдерживали".

Евгения Горкунова

Материал подготовлен при поддержке Общероссийского народного фронта

Источник: https://tass.ru/